Экономические рычаги давления больше не принадлежат только США
Соединенные Штаты, десятилетиями использовавшие доллар, санкции и технологическое превосходство как инструменты давления, сами все чаще сталкиваются с ответными ударами по уязвимым точкам мировой экономики. На этом фоне, как отмечает The Washington Post, Китай и Иран продемонстрировали, что контроль над критически важными ресурсами и транспортными узлами способен менять ход не только торговли, но и большой политики.
За последний период США дважды столкнулись с ситуацией, когда противники сумели использовать ключевые артерии мировой экономики как инструмент давления. Сначала Пекин задействовал свое влияние в сфере критически важных минералов и цепочек поставок, а затем Иран использовал контроль над ситуацией в Ормузском проливе, поставив под удар глобальные энергетические маршруты и рынок нефти. Как пишет The Washington Post, это стало наглядным свидетельством того, что эпоха почти безраздельного американского доминирования в экономической войне уходит в прошлое.
Газета отмечает, что прежде Вашингтон фактически обладал уникальными возможностями для экономического принуждения: США могли наказывать государства и компании, ограничивая доступ к долларовой системе, технологиям и мировым рынкам. Однако по мере ослабления веры в глобализацию и взаимозависимость другие страны также начали рассматривать торговлю, сырье и логистику как потенциальное оружие. В ответ крупнейшие экономики мира, включая США, Китай и европейские государства, стремятся укрепить собственную устойчивость, наращивая производство стратегически важных товаров и снижая зависимость от внешних поставок.
При этом, как подчеркивается в публикации, Вашингтону все труднее адаптироваться к меняющейся среде. Администрация Дональда Трампа активно использовала санкции и финансовые ограничения против иностранных государств, компаний и частных лиц, однако оказалась не вполне готова к тому, что и другие страны начнут столь же жестко применять свои экономические преимущества.
«Выясняется, что далеко не все ключевые точки находятся под контролем США. Мы живем в мире, где Америка уже не может без последствий делать то, что раньше считала допустимым», — заявил Генри Фаррелл, соавтор книги об экономической войне Underground Empire.
Особое место в этой новой конфигурации занимает Ормузский пролив. Несмотря на хрупкое перемирие, ситуация в регионе остается крайне нестабильной. По данным Windward, примерно 3 200 судов, включая около 800 танкеров и грузовых кораблей, остаются заблокированными к западу от пролива, а доступ через него по-прежнему осуществляется в ограниченном режиме. Эксперты подчеркивают, что речь идет не о полноценном восстановлении судоходства, а скорее о контролируемом и частичном пропуске судов.
Сохраняющееся влияние Ирана на движение через пролив уже отражается не только на нефтяных котировках, но и на более широком круге товаров. The Washington Post связывает происходящее с ростом издержек в глобальных цепочках поставок, что со временем способно повлиять на стоимость топлива, продуктов питания и промышленных товаров.
Независимо от того, как завершатся дальнейшие переговоры между США и Ираном, для многих государств урок уже очевиден: зависимость от одного маршрута, одного поставщика или одного стратегического ресурса становится слишком опасной. Именно поэтому страны, завязанные на Ормузский пролив и другие чувствительные узлы мировой торговли, уже начинают искать способы снизить собственную уязвимость перед новыми экономическими потрясениями.
