Школьные округа столичного региона штата Нью-Йорк усиливают подготовку к возможным действиям федеральных иммиграционных служб: более десятка округов в Albany, Schenectady, Saratoga и Rensselaer counties сообщили, что обучают сотрудников и ориентируются на рекомендации штата по защите прав учащихся из иммигрантских семей. Подготовка проходит на фоне роста операций U.S. Immigration and Customs Enforcement (ICE) и тревоги родителей, которые опасаются задержаний по дороге в школу, во время мероприятий или при обращении за социальной помощью.

Times Union сообщил 13 сентября, что школы вновь разъясняют персоналу порядок действий, если федеральные агенты попытаются получить доступ к ученику или школьной территории. Для семей это не означает, что школа полностью находится вне досягаемости федерального иммиграционного законодательства. Однако в Нью-Йорке действуют отдельные правила и процедуры, ограничивающие доступ к учащимся и раскрытие чувствительной информации.

Почему школы усилили подготовку именно сейчас

Новый учебный год начался после масштабной операции ICE в штате. По данным, приведённым Times Union, федеральные власти сообщили почти о 2 200 задержаниях в Нью-Йорке во время месячной Operation Rotten Apple. Операция проходила с конца июля до конца августа и стала одним из факторов, усиливших беспокойство семей в Capital Region.

Федеральные власти заявляли, что среди задержанных были люди с криминальным прошлым, однако опубликованная ими информация не означала, что все задержанные имели уголовные обвинения или судимости. Иммиграционное задержание само по себе также не является уголовным приговором: дальнейший статус человека зависит от его иммиграционной истории, возможных оснований для защиты и решений соответствующих органов или суда.

Дополнительную неопределённость создало изменение федерального подхода к так называемым sensitive locations. Школы больше не пользуются прежней общей федеральной политикой, которая ограничивала иммиграционные операции в чувствительных местах. Нью-Йорк, однако, сохранил собственные требования к действиям школ и государственных учреждений.

Какие правила действуют в Нью-Йорке

Рекомендации New York State Education Department (NYSED), офиса губернатора и генерального прокурора подтверждают, что дети имеют право на бесплатное государственное образование независимо от иммиграционного статуса. Школам также предписано осторожно обращаться с персональными данными и не собирать лишнюю информацию, которая может раскрывать статус ученика или его родителей.

Times Union отмечает, что сотрудники Albany City School District обучены не допускать ICE к учащимся и на школьную территорию без действительного судебного ордера в тех обстоятельствах, где такой ордер требуется. В рекомендациях штата отдельно проводится различие между судебными документами и административными иммиграционными бумагами. Поэтому сотрудники школ должны передавать запросы правоохранителей руководству и юристам округа, а не самостоятельно делать выводы о полномочиях агентов.

В 2026 году Нью-Йорк также закрепил дополнительные процедуры защиты учащихся в Education Law § 3201-b. NYSED опубликовал модельные правила 23 июля и установил срок, к которому школьные округа должны подтвердить внедрение своих процедур. Эти меры регулируют действия образовательных учреждений, но не дают отдельному человеку нового иммиграционного статуса и не отменяют федеральное производство по делу.

Страх уже меняет поведение семей

Местные педагоги и социальные работники говорят, что последствия видны не только в иммиграционных делах. Социальный работник Liz Espinoza рассказала Times Union, что в августе задержания ICE затронули более 50 семей в районе Albany. В прошлом месяце двое маленьких детей, посещавших Delaware Community School, были задержаны вместе с родителями.

При этом Albany City School District сообщает, что посещаемость в Albany International Academy, где действует программа для недавно прибывших учеников, не снизилась и даже немного выросла. Руководство связывает это с активной коммуникацией и ощущением, что школа остаётся безопасным местом для детей. Одновременно учителя замечают другую тенденцию: некоторые родители реже приходят на раздачу школьных принадлежностей, продовольственные программы и другие очные мероприятия, опасаясь возможной встречи с федеральными агентами.

Что полезно сделать родителям

Семьям имеет смысл заранее проверить, кого школа может вызвать в экстренной ситуации и кто имеет право забрать ребёнка, а также убедиться, что номера телефонов и контактные данные актуальны. Можно запросить у округа его письменную политику по взаимодействию с ICE и правила защиты школьных записей. Это особенно важно, если ребёнка обычно забирает только один взрослый и его возможное задержание может оставить школу без понятного плана передачи ребёнка родственнику или доверенному лицу.

Если члена семьи задержали, школьные инструкции не заменяют иммиграционную защиту и не определяют исход дела. Практические шаги зависят от статуса человека, наличия судебного процесса, приказов о выдворении и других обстоятельств. В сложной ситуации может потребоваться помощь квалифицированного иммиграционного адвоката или аккредитованной некоммерческой организации.

Что будет дальше

Школы Capital Region продолжают готовить персонал и семьи к учебному году на фоне продолжающегося федерального иммиграционного контроля. Главный вопрос для округов — как одновременно выполнять федеральные и штатные требования, не нарушать права учащихся и не превращать школу в дополнительный источник страха.

Для иммигрантских семей практический вывод состоит в том, что правила школы могут предоставить важные процедурные гарантии, но не являются иммунитетом от ICE вне школьной территории. Поэтому полезно заранее знать школьную политику, иметь план на случай экстренной ситуации и получать юридические разъяснения применительно к конкретному иммиграционному делу.

Читайте также: Другие новости об иммиграции в США.

Источник: Times Union.

У пациентов с распространённым немелкоклеточным раком лёгкого и вставками в экзоне 20 EGFR первая линия амивантамаба с карбоплатином и пеметрекседом дала медиану общей выживаемости 34,3 месяца против 27,9 месяца на одной химиотерапии. Однако основной прямой статистический анализ не показал значимого различия, поэтому интерпретировать преимущество необходимо с учётом массового перехода пациентов контрольной группы на амивантамаб после прогрессирования.

Данные рандомизированного исследования третьей фазы PAPILLON представили на Всемирной конференции IASLC 2026. Вставки в экзоне 20 EGFR составляют примерно 12% EGFR-мутированного немелкоклеточного рака лёгкого и отличаются от более распространённых EGFR-мутаций по чувствительности к некоторым таргетным препаратам.

В исследование вошли 308 пациентов

Участников с ранее не леченным распространённым заболеванием случайным образом распределили примерно поровну: 153 человека получили амивантамаб вместе с карбоплатином и пеметрекседом, 155 — только химиотерапию. После подтверждённого прогрессирования пациентам контрольной группы разрешалось перейти на амивантамаб как терапию второй линии.

К срезу данных 20 марта 2026 года медиана наблюдения достигла 48,6 месяца. Медиана общей выживаемости составила 34,3 месяца в комбинированной группе и 27,9 месяца в группе химиотерапии — разница 6,4 месяца. Отношение рисков смерти было 0,87 при 95%-м доверительном интервале 0,66–1,14, а P-значение — 0,307. То есть в обычном нескорректированном сравнении результат не достиг принятого порога статистической значимости.

Почему переход на второй линии усложнил сравнение

Из 128 пациентов контрольной группы, прекративших химиотерапию из-за прогрессирования, 97 человек — 76% — затем получили амивантамаб. С клинической точки зрения это этично и отражает доступ к активному лечению, но статистически уменьшает различие между первоначальными группами: многие участники контроля в итоге тоже получают изучаемый препарат.

Исследователи заранее предусмотрели модель IPCW — взвешивание по обратной вероятности цензурирования — для попытки оценить, как могла бы выглядеть выживаемость без такого перехода. После коррекции отношение рисков составило 0,57 при 95%-м доверительном интервале 0,39–0,82, с номинальным P=0,003.

Этот скорректированный результат поддерживает пользу комбинированной схемы, но он зависит от статистической модели и её предположений. Он не заменяет факт, что основной анализ общей выживаемости в исходно рандомизированных группах не был статистически значимым.

Что известно о безопасности и симптомах

Авторы сообщают, что профиль безопасности внутривенного амивантамаба с химиотерапией соответствовал прежним наблюдениям. Пациентские опросники также указывали на более длительное время до ухудшения нескольких важных симптомов в комбинированной группе. В сообщении не приводится новый полный перечень частоты всех побочных эффектов, поэтому для оценки рисков следует опираться на полные данные исследования и официальную информацию о препарате.

Что это означает на практике

Для пациентов с распространённым раком лёгкого ключевым остаётся полноценное молекулярное тестирование EGFR с указанием конкретного варианта мутации. Результаты для экзона 20 нельзя автоматически переносить на другие EGFR-мутации, а схему лечения следует выбирать с онкологом с учётом стадии, общего состояния, доступности препаратов и переносимости.

Новые данные уточняют долгосрочную картину PAPILLON, но не являются основанием самостоятельно менять лечение. Особенно важно понимать различие между численно большей медианой выживаемости, формально незначимым основным анализом и модельной коррекцией, которая пытается учесть влияние последующей терапии.

Читайте также: Другие материалы о здоровье, питании и профилактике.

Источник: Medical Xpress / IASLC.

Экспериментальный ингибитор ROS1 зидесамтиниб показал высокий процент опухолевого ответа у пациентов с распространённым ROS1-положительным немелкоклеточным раком лёгкого, которые ранее не получали ингибиторы тирозинкиназы. Новые результаты первой и второй фаз исследования ARROS-1 представили на Всемирной конференции по раку лёгкого IASLC 2026.

ROS1-положительный рак лёгкого относится к редким молекулярным подтипам немелкоклеточного рака. При таком заболевании важна не только способность препарата уменьшать опухоль в организме, но и активность в центральной нервной системе, поскольку метастазы в мозге являются клинически значимой проблемой.

Ответ получили 88 из 94 оцениваемых пациентов

В группе пациентов, которые ранее не получали ROS1-направленный ингибитор тирозинкиназы, 94 человека подходили для оценки эффективности независимым центральным комитетом. Объективный ответ зарегистрировали у 88 из 94 участников — около 94%.

Среди ответивших пациентов вероятность сохранения ответа через девять месяцев оценили в 94%, через 12 месяцев — в 86%. У десяти оцениваемых пациентов с метастазами в центральной нервной системе внутричерепной ответ наблюдали у всех десяти, причём у семи был зарегистрирован полный внутричерепной ответ. Через 12 месяцев внутричерепной ответ сохранялся, по оценке исследователей, у 78%.

ARROS-1 — глобальное исследование первой и второй фаз. Пациенты получали зидесамтиниб в дозе 100 мг один раз в день. В общей программе на разных линиях терапии препарат получили 532 человека с ROS1-положительным заболеванием, в том числе 183 пациента, ранее не получавших TKI. Участники набирались в Азиатско-Тихоокеанском регионе, Европе и Северной Америке.

Какие побочные эффекты встречались чаще

Наиболее частыми связанными с лечением нежелательными явлениями были периферические отёки — у 34% пациентов, прибавка массы тела и повышение креатинфосфокиназы — по 18%, изменение вкуса — у 17% и повышение аспартатаминотрансферазы — у 15%. Из-за побочных эффектов дозу снижали у 11% участников, полностью прекращали лечение у 1%.

Почему 94% ответа ещё не означает доказанного превосходства

Главное ограничение — одногрупповой дизайн. У пациентов не было параллельной рандомизированной контрольной группы, получавшей другой современный ROS1-ингибитор. Поэтому нельзя по этим данным определить, лучше ли зидесамтиниб существующих вариантов первой линии, увеличивает ли он общую выживаемость и как будут выглядеть редкие или поздние побочные эффекты.

Кроме того, опубликованы результаты конференционного сообщения, а не окончательный ответ на все вопросы программы. Высокий процент ответа особенно интересен вместе с активностью в мозге, но для изменения стандартов лечения обычно нужны более зрелые данные, длительное наблюдение и сопоставление с альтернативами.

Что это означает для пациентов сейчас

Работа ещё раз подчёркивает значение молекулярного тестирования опухоли при распространённом немелкоклеточном раке лёгкого. Выявление перестройки ROS1 может принципиально изменить набор доступных таргетных опций. Но выбирать конкретный препарат следует вместе с онкологом с учётом одобренных показаний, предыдущего лечения, метастазов в мозге, сопутствующих заболеваний и доступности терапии.

Самостоятельно менять уже назначенный ROS1-ингибитор на основании раннего исследования нельзя. Следующие публикации должны показать, насколько долго сохраняется контроль заболевания и как зидесамтиниб сравнивается с другими современными вариантами лечения в реальной клинической практике.

Читайте также: Другие материалы о здоровье, питании и профилактике.

Источник: Medical Xpress / IASLC.