Франция и Польша рассматривают возможность проведения совместных военных учений в рамках французской инициативы по расширению системы ядерного сдерживания в Европе. Об этом заявил президент Франции Эммануэль Макрон во время визита в Гданьск.

По его словам, стороны намерены обсудить обмен информацией и участие в совместных маневрах, что может стать частью более широкой стратегии вовлечения европейских союзников в вопросы сдерживания.

Франция остается единственной страной Евросоюза, обладающей ядерным оружием, и в последние годы продвигает идею усиления европейской роли в этой сфере. Ранее Макрон говорил о начале «нового этапа французского сдерживания», который предполагает более активное участие партнеров, в том числе через совместные учения.

Как отмечается, к обсуждению формата так называемого «передового сдерживания» уже подключились несколько стран Европы, включая Германию, Нидерланды, Бельгию, Данию, Швецию, Грецию и Польшу.

Для Варшавы этот вопрос имеет особое значение. Польша, не участвующая в американской программе совместного использования ядерного оружия, стремится усилить собственную безопасность на фоне напряженности с Россией.

Премьер-министр Польши Дональд Туск подтвердил интерес к сотрудничеству, подчеркнув, что страна присоединилась к группе государств, приглашенных Францией к диалогу. По его словам, речь идет о странах, которые осознают необходимость укрепления европейского суверенитета в сфере обороны.

В то же время Варшава проявляет осторожность в вопросах возможного размещения французских ядерных средств на своей территории. Туск отметил, что не поддерживает идею появления в стране самолетов Rafale с ядерным вооружением, хотя не исключил дальнейших обсуждений.

Французская сторона, в свою очередь, подчеркивает, что полный контроль над применением ядерного оружия останется исключительно за Парижем.

Стороны также обсуждают более широкое военное сотрудничество. В частности, речь идет о возможном участии Франции в обеспечении безопасности стратегически важного аэропорта Жешув-Ясионка, который играет ключевую роль в логистике поставок помощи Украине.

Дополнительно Франция и Польша подписали соглашения об углублении взаимодействия в космической сфере и военном планировании. Сообщается, что Польша намерена приобрести французский военный телекоммуникационный спутник.

Ожидается, что в ближайшее время министры обороны двух стран представят совместный план сотрудничества на 2026–2028 годы, предусматривающий расширение военных учений, координации и совместных операций.

Таким образом, Париж и Варшава делают шаг к укреплению оборонного партнерства, которое может стать частью более широкой трансформации системы безопасности в Европе.

Источник: Politico

Россия, по оценке The Washington Post, действительно рассчитывает использовать результат выборов в Болгарии как шанс восстановить утраченные позиции влияния внутри Европейского союза. Издание пишет, что новая победа Радева может стать для Кремля важной политической опорой в ЕС, особенно после поражения Виктора Орбана на недавних выборах в Венгрии.

Согласно опубликованным результатам, коалиция Progressive Bulgaria, связанная с Руменом Радевым, получила около 44,6% голосов и 131 из 240 мест в парламенте. Это дает ей возможность сформировать правительство единолично и завершает затяжной период политической нестабильности, за который Болгария пережила серию слабых и краткоживущих кабинетов.

В Москве исход голосования встретили с явным удовлетворением. По данным The Washington Post и других публикаций, Кремль положительно оценил результат, а Дмитрий Песков заявил, что Россия «впечатлена» таким исходом выборов.

Радев — бывший командующий ВВС и экс-президент Болгарии, который ушел с президентского поста в начале 2026 года, чтобы участвовать в парламентской кампании. Его критики называют его пророссийским политиком: он ранее выступал против военной помощи Украине, критиковал ряд решений ЕС и занимал осторожную позицию по дальнейшему углублению европейской интеграции. При этом AP отмечает, что после победы он пообещал сохранить европейский курс Болгарии, пусть и на более «прагматичных» условиях.

На этом фоне в европейских и украинских медиа все чаще звучит сравнение Радева с Орбаном. The Washington Post, Balkan Insight и Kyiv Independent прямо описывают его как возможного «нового Орбана» для ЕС — политика, который формально остается внутри европейского блока, но способен системно тормозить общеевропейские решения по России, энергетике и Украине.

После оглашения результатов Радев выступил с резкими заявлениями в адрес Евросоюза. По данным The Washington Post, он говорил о необходимости «критического мышления и прагматизма», а также поднимал тему новой архитектуры безопасности в Европе. Такие формулировки действительно перекликаются с риторикой, которую Москва продвигает в дискуссиях о послевоенном устройстве континента. Это уже аналитическая интерпретация, а не официальная позиция ЕС.

В то же время вопрос о том, насколько далеко новый кабинет сможет зайти в антиукраинской или антибрюссельской линии, остается открытым. И AP, и The Times отмечают, что Болгария сильно зависит от европейских средств и заинтересована в экономической стабильности, поэтому Радев, вероятно, будет вынужден действовать осторожнее, чем его предвыборная риторика.

Оппозиция уже пообещала сопротивление возможному развороту страны. По данным Washington Post, бывший премьер Кирилл Петков заявил, что проевропейские силы будут решительно противодействовать любым антиевропейским шагам нового большинства. Это означает, что даже при формальном парламентском преимуществе Радеву придется действовать в условиях острого внутреннего и внешнего давления.

Итог выборов в Болгарии, таким образом, выходит далеко за пределы национальной политики. Для Москвы это шанс вернуть себе голос внутри ЕС через союзника, пусть и не полностью предсказуемого. Для Брюсселя — новый тест на устойчивость европейского единства в момент, когда вопрос поддержки Украины остается одним из ключевых для всего союза.

Источник:  The Washington Post

Франция и Германия, по данным Financial Times, выступают за предоставление Украине промежуточного формата присутствия в Европейском союзе, который позволил бы закрепить ее политическое и институциональное сближение с ЕС еще до полноценного вступления. В публикации речь идет о вариантах частичной интеграции без основных прав государства-члена, включая доступ к главным финансовым программам и участие в принятии решений. Подтвердить детали именно формулировок FT через открытые источники мне не удалось, поэтому эти элементы стоит воспринимать как сообщение из пересказа статьи, а не как независимо проверенный факт. При этом сама идея промежуточной модели сейчас действительно обсуждается в европейской экспертной среде.

Согласно вашему тексту, Германия продвигает модель «ассоциированного членства», которая позволила бы Киеву участвовать во встречах лидеров ЕС, но без права влиять на итоговые решения и без автоматического доступа к бюджету союза. Французский подход, как утверждается, ближе к формуле «интегрированного государства», при которой Украина могла бы быть глубже встроена в европейские механизмы, но доступ к крупнейшим фондам, включая сельскохозяйственные субсидии, откладывался бы на более поздний этап. Эти конкретные названия и параметры я не смог независимо подтвердить в доступных публикациях, но они созвучны более широкой дискуссии о «политическом доступе раньше полного членства».

Такой подход заметно расходится с ожиданиями Киева. Украина давно настаивает на максимально быстром продвижении к членству, рассматривая вступление в ЕС не только как геополитическую цель, но и как часть архитектуры будущей безопасности и послевоенного восстановления. В то же время внутри Евросоюза сохраняется осторожность: даже при политической поддержке Украины многие столицы опасаются экономических, институциональных и бюджетных последствий ускоренного приема столь крупной страны.

Официальная позиция ЕС пока остается прежней: Украина имеет статус кандидата с июня 2022 года, а в декабре 2023 года лидеры союза согласовали открытие переговоров о вступлении. Европейская комиссия подчеркивает, что сейчас идет именно работа по стандартной процедуре присоединения и выполнению критериев членства.

На этом фоне промежуточный формат может рассматриваться как политический компромисс. Его логика заключается в том, чтобы уже сейчас расширить участие Украины в отдельных европейских программах, образовательных инициативах и инвестиционных механизмах, сохранив при этом за полным членством его главные атрибуты — доступ к общему бюджету, сельскохозяйственным фондам и право голоса. Именно такую идею «сначала политическое присоединение, потом полное институциональное» в последние дни продвигают и некоторые европейские аналитики.

Для Киева подобный вариант может оказаться одновременно и возможностью, и источником раздражения. С одной стороны, он дал бы Украине дополнительные гарантии вовлечения в европейские процессы уже сейчас. С другой — такой статус не заменяет полноценного вступления и может быть воспринят как попытка отложить членство на неопределенный срок. Именно поэтому в украинской среде подобные идеи нередко трактуются как компромиссные, но заведомо неполные. Это уже политический вывод из текущих дискуссий, а не зафиксированная официальная позиция ЕС.

Источник:  Financial Times