Бизнес

Российская экономика балансирует на грани “зоны смерти”

Экономика РФ находится в критическом состоянии, сравнимом с «зоной смерти» в альпинизме, и восстановить её без нового кризиса практически невозможно. К такому выводу приходит научный сотрудник Берлинского центра Карнеги Александра Прокопенко.

Published

on

Российская экономика переживает состояние, сравнимое с «зоной смерти» в альпинизме – высотой, на которой кислорода недостаточно для долгой жизни. Об этом в интервью для The Economist пишет научный сотрудник Берлинского центра Карнеги по изучению России и Евразии Александра Прокопенко.

По её словам, экономика РФ застряла в так называемом «отрицательном равновесии»: она держится на плаву, но одновременно разрушает собственное будущее. Экспортные доходы падают, а бюджетные пробелы не удаётся восполнить дополнительными налогами.

«В 2025 году экономика выросла лишь на 1%. Прогноз на текущий год ещё хуже», – отмечает Прокопенко.

Специалист подчеркивает, что российская экономика разделилась на две отдельные «метаболические системы». Первая включает военные и смежные отрасли – жизненно важные сектора, которые получают приоритетное финансирование, растут, создают рабочие места и привлекают инвестиции. Вторая система охватывает остальной бизнес, малые предприятия и потребительские отрасли, которые остаются в тени и почти не получают поддержки.

«Общий объем производства за последние три года вырос на 18,3%, но весь этот рост обеспечил военный сектор», – заявляет Прокопенко.

По её словам, самая уязвимая часть экономики – её «топливо»: военная рента, бюджетные трансферты на оборонные предприятия, создающие зарплаты и экономическую активность. В отличие от нефтяной ренты 2000-х годов, эти средства не поступают извне, а перераспределяются внутри страны, что не создаёт мультипликативного эффекта.

«Экономика словно потребляет собственную мышечную ткань для энергии. Это не циклический спад, который можно исправить политикой. Состояние России напоминает горную болезнь: чем дольше находишься на высоте, тем хуже становится, независимо от отдыха», – поясняет эксперт.

Источник: The Economist

В тренде

Exit mobile version