Здоровье
ИМТ не всегда показывает болезнь: новая классификация ожирения проверена на 844 тысячах человек
Международный анализ 844 108 взрослых показал, что измерение талии и оценка состояния органов помогают точнее различать клиническое и доклиническое ожирение.
Один индекс массы тела не позволяет надёжно установить, насколько избыток жира уже влияет на здоровье. Международное исследование с участием 844 108 взрослых показало: оценка окружности талии и функции органов помогает отличать людей с клиническим ожирением от тех, у кого избыток жировой ткани пока не вызывает выявленных функциональных нарушений. Такой подход может изменить не только формулировку диагноза, но и выбор интенсивности медицинской помощи.
Работа под руководством Королевского колледжа Лондона проверила систему, предложенную международной комиссией The Lancet Diabetes & Endocrinology в 2025 году. Исследователи использовали данные взрослых из Китая, Великобритании, США и Испании. Они сравнили привычную классификацию по индексу массы тела (ИМТ) с двухэтапной оценкой, учитывающей не только количество жира, но и последствия для организма.
Почему одного ИМТ недостаточно
ИМТ рассчитывается как масса тела в килограммах, делённая на квадрат роста в метрах. Это удобный инструмент для популяционных исследований, но он не показывает, где откладывается жир, сколько у человека мышечной массы и есть ли уже проблемы с работой органов. Два человека с одинаковым ИМТ могут иметь совершенно разное состояние здоровья. Особенно важно учитывать жир в области живота, который нередко связан с метаболическими рисками.
Новая система сначала предлагает подтвердить избыточное количество жировой ткани дополнительными измерениями, например окружностью талии или соотношением талии к росту. Затем специалисты оценивают, сопровождается ли ожирение нарушениями функций органов или существенными ограничениями повседневной активности. Если такие последствия выявлены, речь идёт о клиническом ожирении. Если избыток жира установлен, но органная функция сохранена, используется термин «доклиническое ожирение».
Что показало сравнение больших групп
По данным исследователей, опора исключительно на ИМТ приводила к пропуску избыточного жира уровня ожирения у доли участников до 8,6%. В то же время до 3,1% людей могли быть отнесены к группе ожирения без достаточного подтверждения по дополнительным критериям. Разброс показателей зависел от изученной выборки. Именно поэтому одной универсальной цифрой описать все популяции нельзя.
Клиническое ожирение составляло приблизительно 23–31% всех случаев ожирения, а его распространённость в исследованных популяциях оценивалась в 5,6–10,9%. Оно было связано с существенно более высоким риском смерти. При доклиническом варианте прирост риска оказался заметно скромнее. В течение десяти лет 77–91% участников с доклиническим ожирением не перешли в клиническую категорию. Это не обещание безопасности конкретному человеку, а наблюдаемая статистика больших групп.
Что это меняет для профилактики и лечения
Основной практический смысл работы — отказаться от одинаковых решений для всех людей, у которых ИМТ превышает условный порог. Одним пациентам уже требуется лечение активного заболевания и его осложнений. Другим может быть важнее наблюдение, физическая активность, питание, сон и снижение индивидуальных факторов риска. Вопрос о лекарствах, операции или другом вмешательстве нельзя решать только по одной цифре на весах.
Исследование опирается на анализ существующих данных, а не на испытание новой программы лечения. Статистические связи не доказывают, что изменение способа классификации само по себе уменьшит смертность. Потребуются исследования того, как новый подход работает в обычных клиниках и влияет на здоровье людей. Если есть сомнения из-за веса или окружности талии, разумно обсудить с врачом давление, обмен глюкозы, состояние печени и другие показатели, а не ориентироваться только на ИМТ.
Читайте также: Другие материалы о здоровье и профилактике.
Здоровье
Прогулки с собакой помогали пожилым людям сохранять активность — важна не сама собака
В опросе 1000 жителей Осаки старше 60 лет активнее были прежде всего те владельцы собак, которые регулярно гуляли с питомцами.
Положительная связь между собакой и физической активностью у пожилых людей проявлялась прежде всего тогда, когда человек действительно регулярно гулял с питомцем. Исследование тысячи жителей японской Осаки показало, что одного факта владения собакой недостаточно для заметного преимущества. Результат важен для понимания здорового старения: ключевой частью привычки может быть ежедневное движение, а не наличие животного как такового.
Исследователи Университета Осаки изучили взрослых в возрасте 60 лет и старше. Они оценивали уровень активности, психическое благополучие и чувство одиночества, а также особенности ближайшего района. В частности, использовали географические данные о плотности перекрёстков, зелёных пространствах и населении. Так учёные пытались понять, зависит ли связь между прогулками с собакой и здоровьем от того, насколько район удобен для ходьбы.
Что показало сравнение владельцев и остальных жителей
Владельцы собак чаще соответствовали рекомендациям по физической активности, но преимущество сохранялось только у тех, кто регулярно выводил животное гулять. Люди, которые держали собаку, но не ходили с ней на прогулки, не показывали подобной особенности. Это наблюдение помогает отделить привычку к движению от возможного психологического эффекта владения питомцем.
При сравнении четырёх групп по наличию собаки и прогулкам различия в активности следовали скорее за самой ходьбой. Это согласуется с общим знанием о том, что регулярное передвижение поддерживает выносливость, равновесие и самостоятельность пожилых людей. Но исследование не проверяло причинный эффект покупки собаки и не измеряло, насколько здоровье конкретного человека изменилось после появления питомца.
Городская среда тоже имеет значение
У людей без собак активность чаще встречалась в районах с большим числом перекрёстков, где улицы образуют более связную сеть и пешком удобнее добираться до нужных мест. Владельцы, регулярно выгуливавшие животных, сохраняли активность даже там, где пешая инфраструктура оценивалась хуже. Возможно, забота о питомце создаёт дополнительный повод выйти на улицу независимо от устройства района.
Показатели одиночества и психического благополучия оказались более неоднозначными. Например, среди живущих в одиночку владельцы собак сообщали о меньшем одиночестве, но общего сильного преимущества по психологическим характеристикам для всех владельцев исследователи не обнаружили. Поэтому утверждать, что питомец обязательно избавит пожилого человека от тревоги или социальной изоляции, неправильно.
Как использовать результат без лишних обещаний
Если собака уже есть, короткие регулярные прогулки могут стать удобной частью повседневной активности, если это безопасно для владельца и животного. Но покупать питомца исключительно ради профилактики заболеваний не стоит: уход требует времени, денег и физических возможностей. Альтернативой могут быть прогулки с соседом, семейный маршрут, организованная группа ходьбы или добровольная помощь с выгулом чужих собак при подходящих условиях.
Это поперечное наблюдательное исследование: измерения получены в один период, поэтому оно не устанавливает, что прогулки вызвали улучшение здоровья. Более активные люди могут просто чаще заводить собак или сохранять возможность ухаживать за ними. Результаты из одного японского города не обязательно повторятся в других странах. Практический ориентир остаётся прежним: выбирать доступное движение, постепенно увеличивать нагрузку и учитывать рекомендации врача при серьёзных ограничениях здоровья.
Читайте также: Другие материалы о здоровье и профилактике.
Здоровье
Родители и подростки по-разному сообщают о психических проблемах: исследование почти 12 тысяч детей
В крупном исследовании подростки и родители часто расходились в ответах о симптомах: некоторые проблемы заметнее самому ребёнку, другие — взрослым.
Оценки психического состояния подростков со стороны родителей и самих детей часто расходятся настолько, что опрос только одного человека может пропустить существенную проблему. Это показало исследование, охватившее 11 868 подростков и их опекунов. Работа, опубликованная в JAMA Psychiatry, подчёркивает важность отдельного и уважительного разговора с ребёнком при оценке эмоционального состояния и поведения.
Исследователи из Калифорнийского университета в Сан-Диего использовали данные большого американского проекта Adolescent Brain Cognitive Development. Они сопоставили ответы молодых людей и взрослых, участвовавших в их воспитании, в период примерно от девяти до семнадцати лет. Цель состояла не в том, чтобы выяснить, кто «говорит правду», а в том, чтобы понять, какие переживания видны семье, а какие могут оставаться скрытыми.
Почему ответы могут настолько различаться
Подросткам и взрослым задавали сопоставимые диагностические вопросы в отдельных интервью. По ответам каждой стороны исследователи определяли наличие клинических проблем в соответствии с критериями DSM-5, а затем сравнивали результаты. Проводилась оценка нескольких типов состояний и того, как степень согласия меняется по мере взросления детей.
Когда какое-либо состояние отмечалось хотя бы одной стороной, примерно в 65–98% случаев — в зависимости от диагноза и возраста — информацию о нём сообщал только один участник пары. Это огромный диапазон, который показывает: величина расхождений сильно зависит от того, о какой именно проблеме идёт речь. Его нельзя использовать как общий процент ошибочных ответов родителей или подростков.
Что подростки замечают чаще, а что — родители
Молодые люди чаще сообщали о депрессивных переживаниях, проблемах со сном, употреблении психоактивных веществ, мыслях о самоубийстве, попытках и самоповреждениях без суицидального намерения. С возрастом подростки всё чаще сами указывали на депрессивные симптомы по сравнению с оценками взрослых. Такие переживания могут быть незаметны окружающим, особенно если человек старается не показывать своё эмоциональное состояние.
Родители и опекуны, напротив, чаще отмечали расстройства поведения, пищевого поведения, генерализованную и социальную тревожность. Расхождения по некоторым состояниям были особенно велики в младшем возрасте и уменьшались в более старших возрастных группах. Это не означает, что взрослые объективно лучше определяют тревогу или что подростки её недооценивают: разные наблюдатели видят разные контексты жизни.
Что это означает для семей и врачей
Главный практический вывод — объединять несколько перспектив. Врачам и психологам полезно выслушивать ребёнка отдельно, когда это уместно и безопасно, а также собирать наблюдения семьи. Родителям важно не воспринимать расхождение ответов как намеренный обман. Иногда подросток легче рассказывает специалисту о стыде, страхе или симптомах, которые трудно обсуждать дома.
Исследование является анализом интервью и не позволяет установить, какой набор ответов обязательно точнее для каждого диагноза. Отчёты могут зависеть от памяти, понимания вопросов, доверия интервьюеру и меняющихся обстоятельств. Если подросток говорит об опасности для себя, выраженном ухудшении настроения или самоповреждении, следует воспринимать это серьёзно и обратиться за срочной профессиональной оценкой. Ранний уважительный разговор способен помочь быстрее заметить потребность в поддержке и не упустить важные сигналы, даже когда внешне всё выглядит благополучно.
Читайте также: Другие материалы о здоровье и профилактике.
Здоровье
Семья, движение и волонтёрство связаны с устойчивостью к стрессу: анализ 26 тысяч человек
Исследователи Гонконга оценили 208 факторов у 26 210 человек и нашли 35 устойчивых связей с психологической устойчивостью.
Регулярное общение с близкими, физическая активность и участие в волонтёрстве оказались связаны с более высокой психологической устойчивостью. К такому выводу пришли исследователи Университета Гонконга, изучив данные 26 210 человек. Работа не доказывает, что одно конкретное занятие защитит каждого от депрессии или сильного стресса, но показывает, насколько разнообразные стороны повседневной жизни могут быть важны для психического благополучия.
Психологическая устойчивость — это способность человека сохранять или восстанавливать психическое равновесие после трудностей. Она зависит не только от черт характера. На неё могут влиять состояние здоровья, отношения, социальная поддержка, материальные условия и доступность безопасной среды. Поэтому исследователи решили рассмотреть сразу большой набор возможных факторов, а не искать один универсальный секрет спокойствия.
Как анализировали 208 возможных факторов
Работа основана на крупном популяционном исследовании FAMILY Cohort, участникам которого было не менее 15 лет. Учёные изучили 208 характеристик, охватывающих образ жизни, семейные отношения, психологическое состояние и социальные ресурсы. Для анализа использовали подход широкого статистического поиска ассоциаций, при котором одновременно оценивается множество потенциальных предикторов.
После поправок на многочисленные проверки и внутренней статистической валидации исследователи выделили 35 факторов, связанных с устойчивостью. Их объединили в семь сфер: психическое и физическое здоровье, удовлетворённость жизнью, ощущение смысла, личные качества и общественно полезная активность, близкие отношения, материальная стабильность и здоровые привычки. Такой подход уменьшает риск случайных находок, но не устраняет все возможные искажения наблюдательного исследования.
Какие привычки выделились
Среди связанных с большей устойчивостью факторов оказались совместные семейные занятия в выходные: прогулки, спортивные активности, игры, беседы и общие приёмы пищи. При этом более пассивные формы совместного досуга не показали такой же убедительной связи. Вероятно, важна не только физическая близость людей, но и качество взаимодействия, хотя этот механизм ещё нужно проверять экспериментально.
Отдельные положительные ассоциации наблюдались у людей, которые занимались волонтёрством в течение предыдущего года, соответствовали рекомендациям Всемирной организации здравоохранения по движению или описывали отношения в семье как гармоничные. Важно, что эти факторы могут быть тесно связаны между собой. Например, хорошее здоровье облегчает активность, а финансовая стабильность делает участие в общественной жизни доступнее.
Что можно использовать в повседневной жизни
Практический вывод не в том, что человеку следует срочно добавлять в расписание всё сразу. Можно начать с того, что доступно: регулярной прогулки с близким человеком, посильного движения, разговора без телефона или участия в небольшой общественной инициативе. Эти действия способны поддерживать социальные связи и активность даже без специальных программ и дорогих услуг.
Исследование проводилось среди жителей Гонконга, поэтому роль семейных и общественных привычек в других культурах может отличаться. Наблюдаемые связи не дают оснований обвинять человека в недостаточной устойчивости, если ему не хватает ресурсов или поддержки. При длительной тревоге, депрессии, травматическом стрессе или функциональных нарушениях общение и физическая активность могут дополнять помощь, но не заменяют профессиональную диагностику и лечение. Если человек переживает выраженный кризис, поддержка близких бывает полезна, однако своевременное обращение к квалифицированному специалисту остаётся важнейшим шагом.
Читайте также: Другие материалы о здоровье и профилактике.
-
Новости Вашингтона1 week agoВ Вашингтоне вдвое выросло число обращений в токсикологический центр из-за препаратов GLP-1
-
Иммиграция1 week agoСудья в Колорадо потребовала объяснить повторные задержания ICE после освобождения
-
Иммиграция1 week agoСуд в Мэриленде продлил защиту по делу о 84 неправомерных депортациях
-
Новости Вашингтона1 week agoAmazon планирует построить до 21 дата-центра на участке за $264 млн в West Richland
-
Новости Вашингтона6 days agoВ Renton прекращают использование 24 камер автоматического считывания номеров
-
Иммиграция1 week agoСуд Нью-Йорка не остановил запрет на добровольные соглашения полиции с ICE
-
Иммиграция5 days agoИммигранты оспаривают действия DHS по многомиллиардным штрафам за невыезд из США
-
Новости Вашингтона6 days agoИзбиратели Вашингтона поддержали Initiative 638 о правилах школьного спорта




